Борис Владимирович Заходер
(1918-2000)
Произведения автора

87

пока она ляжет, и вскарабкался на одеяло. Подполз к самому её лицу и лизнул осторожно её щёчку:

«Спасибо тебе, смелая девочка!»

А на дворе до поздней ночи слышалось тихое, жалобное поскуливание. Это вернулись наши дворовые герои и оплакивали свои раны.

У тётки Катерины было всё же доброе сердце: на ужин они получили двойную порцию.

Глава девятая

Прошло несколько дней. Микадо совершенно изменился.

Не внешне, нет. Длинная шелковистая шерсть закрыла рубцы и плешины. Словом, рыцарские подвиги Микадика не оставили следов на его внешности. Он был так же красив, как всегда. Не сломили полученные в сражении раны и его духа. Наоборот!

Он возмужал. Окреп. Стал настоящим псом.

Бегал он не хуже наших дворняжек. Прыгал лучше, чем Рыжик.

И заметно повеселел. Круглые бусинки его глаз смеялись, искрились радостью.

При всем этом Микадо ничуть не утратил своего врождённого достоинства.

— Это не собака, а золото! — говорила о нём тётка Катерина. — Можно ему прямо на нос положить кусок колбасы — и не тронет!

Не думайте, однако, что Микадо не любил пошалить. Ещё как любил! Каждый день устраивал он тётке Катерине целый спектакль со скатертью. Вот как это происходило.

Микадо с самого утра выбегал во двор. Там немедленно начинались у собак развлечения, более или менее шумные, смотря по тому, где была Имка. Но к завтраку японец всегда приходил в комнату. Он любил чай с сахаром. Усаживался на кресле рядом с Крисей, смотрел ей в глаза. И время от времени лизал ей руку.

Ибо со времени битвы на рынке Микадо, как я уже говорил, признавал только Крисю. Он любил её и показывал это на каждом шагу.

Итак, за завтраком он сидел всегда рядом с ней. Целовал ей руку и ждал. Не проявлял нетерпения, не напоминал о себе, не скулил, как делают все собаки. Он знал: без чаю он не останется. И умел быть терпеливым.

Раз только, помнится, вышло так, что Крися, вместо того чтобы пить чай (Микадо получал свою порцию только тогда, когда Крися заканчивала завтрак), заговорилась с тёткой Катериной.

Они говорили, говорили и говорили, а песик ждал. Сначала терпеливо, как всегда.

Когда разговор начал затягиваться, японец беспокойно зашевелился. Облизываясь, удивлёнными глазами ловил взгляд Криси.

«Ты разве позабыла обо мне? Где же мой чай?» — недоумевал он.

Видя, что Крися не обращает на него внимания и продолжает разговаривать с тёткой, Микадо поднялся, опёрся лапками о стол, придвинулся поближе к Крисе.

Перед Крисей стояла полная чашка чаю.

«Выпьет или не выпьет?» — думаю.

Микадо не дотронулся до чашки. Он только решил обратить на себя внимание. Внезапно вскочив на стол, он положил лапки на грудь Крисе и лизнул её несколько раз в лицо.

— Крися, Микадо, видать, чего-то от тебя хочет, — сказала тётка Катерина.

Ну конечно же, Микадо получил свой чай! И в придачу его приласкали.

Ещё бы! Ведь Крися была виновата, и ей следовало извиниться перед пёсиком. Это раз. А во-вторых, Крися любила Микадо.

Она так полюбила его, что с ужасом думала о предстоящем отъезде панны Агаты.

Шли у неё с тёткой Катериной тихие беседы в кухне. Что-то явно готовилось. Но я не допытывался, что именно. Да, что же со скатертью? Сейчас расскажу.

После обеда тётка Катерина убирала со стола, снимала обеденную скатерть и клала парадную, с кистями и бахромой. Микадо только того и дожидался. Он хватал зубками ближайший край скатерти и тянул к себе. Скатерть, понятно, ехала со стола. Тётка Катерина снимала скатерть. Тогда японец отскакивал с яростным лаем. Но стоило только скатерти появиться снова на столе во всей своей красе, как пёсик начинал игру заново.

В первый раз тётка Катерина, которая, как известно, не любила шуток, сердито топнула ногой и вырвала скатерть из собачьих зубов.

Надо было

 

Фотогалерея

Boris Zakhoder 8
Boris Zakhoder 7
Boris Zakhoder 6
Boris Zakhoder 5
Boris Zakhoder 4

Статьи












Читать также


Известные произведения
Поиск по книгам:


Голосование
Как Вы относитесь к творчеству Бориса Заходера


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту