Борис Владимирович Заходер
(1918-2000)
Произведения автора

26

рев и свист ветра прогремел глухой удар, блеснуло пламя Это взорвался бензобак смертельно раненого самолета.

Да, самолет погиб. Но люди и я уцелели!

До оазиса оставалось каких-нибудь два десятка километров. Не хочется вспоминать о том, как я тащился туда. Тащился целый час, сквозь бурю и тьму, борясь с болью, с песком, с усталостью. Временами мне чудилось, что вместо смазки и масла во мне лишь песок, что вместо бензина меня напоили водой… Да, порой мне казалось, что это последние двадцать километров в моей жизни! Но, несмотря ни на что, я упорно полз вперед. Что ж, если бы я сдался, я бы не стоил даже того, чтобы меня назвали железным ломом!… Ведь на моем заднем сиденье стонал тяжело раненый человек. Он и еще двое ждали от меня спасения. Ну — и нечего скрывать! — сам я тоже очень хотел спастись.

Люди мне помогали. Я им — они мне. Не раз и не два, когда мне уже не хватало сил и шины беспомощно вязли в песке, они подпирали меня собственными плечами.

И в конце концов плечом к плечу, помогая друг другу, мы всетаки добрались до оазиса!

Немного совестно в этом признаваться, но, когда мы подъехали к первым пальмам Каттары, Гамаль поцеловал меня в баранку!

И зря он это сделал, честное слово! Я так растрогался, что остановился окончательно! Правда, мы были уже дома. Раненый пилот, врач, Гамаль и я. Все были спасены.

Гамаль получил орден, а я — отличную новую рессору.

Между нами говоря, я предпочитаю хорошую рессору самому высокому ордену! — со смехом закончил Капитан. — Да, — сказал он, — пусть меня лучше ремонтируют, чем награждают! А вы как считаете?

Ика с Горошком переглянулись.

— Мы? — неуверенно протянула Ика. — А нас еще никогда не ремонтировали и не награждали!…

Горошек энергично затряс головой.

— А зубной врач?

— Что — зубной врач?

— Тебе зубы чинили, — сказал Горошек, — или как это — лечили?

— А-а… тогда я предпочитаю, — уверенно сказала Ика, — чтобы меня награждали, а не чинили!

— Ты права, — поддержал ее Горошек.

И тут из тумана, где-то совсем рядом, прозвучал встревоженный голос:

— Горошек! Ика! Где вы?

— Мы здесь, папочка! — крикнула Ика, выскакивая из машины.

Горошек едва успел захлопнуть за собой дверцу.

Перед ними появилась фигура отца Ики.

— Что вы тут, собственно говоря, делали? — спросил он. — Может быть, путешествовали?

— Немножко, — буркнула Ика.

Отец рассмеялся:

— И куда же вы ездили? В Африку?

С отцом Ики можно было разговаривать Горошек тоже рассмеялся.

— Именно, — сказал он. А Ика:

— Мы были в оазисе…

— В оазисе Каттара, — объяснил Горошек. — Примерно в двухстах километрах на юго-запад от Александрии. Отец покачал головой.

— Каттара? Боюсь, вы ошибаетесь. В такую погоду скорее можно докатиться до катара верхних дыхательных путей!

— Нет! Каттара!

— Каттара?… — удивился отец. — А разве есть такой?

— Есть! — заявил Горошек.

Уже в лифте отец сказал Ике с деланным сочувствием:

— Бедная моя деточка! Знаешь, мама почему-то уверена, что речь идет именно о катаре. Она уже приготовила аспирин. И липовый цвет.

И весело подмигнул Горошку.

— Что делать, — сказала Ика, — если у тебя мама доктор…

— Спокойной ночи, — поклонился Горошек. — Он был уже у своей двери.

— Спокойной ночи. Завтра загляни, — сказали хором отец и Ика.

— Загляну, — еще раз поклонился Горошек. — Надо это продумать.

— Что? — спросил отец. — Аспирин?

Но на этот раз он не получил ответа, потому что Икина мама желала что-то сообщить об осенней эпидемии гриппа. А самое смешное было то, что и отцу тоже пришлось принять аспирин.

На всякий случай.

          ПРИКЛЮЧЕНИЕ ВТОРОЕ

ВО ВТОРНИК ТОЖЕ БЫЛ ТУМАН. В среду — небольшой дождь. В четверг диктор сообщил по радио, что «к Польше с юго-запада приближается антициклон». А мама Ики сообщила,

 

Фотогалерея

Boris Zakhoder 8
Boris Zakhoder 7
Boris Zakhoder 6
Boris Zakhoder 5
Boris Zakhoder 4

Статьи












Читать также


Известные произведения
Поиск по книгам:


Голосование
Как Вы относитесь к творчеству Бориса Заходера


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту