Борис Владимирович Заходер
(1918-2000)
Произведения автора

21

дверцу и сели перед погнутой завязанной проволокой баранкой.

Не хотелось разговаривать. Даже шепотом. Даже думать не очень хотелось. За стеклами клубился туман, и, может быть, немного затуманились и ребячьи глаза…

Было очень-очень тихо.

И вот в этой тишине возник чей-то голос. Сперва незаметный, почти неслышный, далекий-далекий. Потом — все яснее и ближе. Знакомый голос. Он что-то напевал. И звучал, приближаясь, все теплее, все веселей!

А напевал он так, как умеет напевать только быстрый, мощный автомобиль в дальнем пути. Аккомпанировали песне шорох шин по асфальту, рев сирены, шум ветра…

Да! Это был Капитан!

Он пел и, напевая, возвращался к ним.

В песенке говорилось о приморских шоссе и горных перевалах, о пустынных дорогах и пальмах, как страусы убегающих вдаль, о запахе бензина и сиянии фар, прорезающих ночь. И наконец совсем рядом прозвучали три последних слова:

— Привет, привет, привет!

После этих слов наступила долгая тишина. Наконец Ика спросила шепотом:

— Это вы, Капитан?

— Это я, — сказал Капитан.

Горошек все еще молчал. Капитан был в прекрасном настроении.

— Я тут немножко попутешествовал, — сказал он. — Навестил старые, знакомые места. Некий снежный альпийский перевал, зеленый залив Бизерты и кусочек пустынной дороги около оазиса Каттара. Приятно это. Очень приятно.

Горошек пришел в себя.

— Извините, пожалуйста, — сказал он. — Мы ведь тут все время были. Вместе с вами. И… Капитан рассмеялся.

— Наверно, — вежливо вставила Ика, — наверно, душа товарища Капитана…

— Ха-ха-ха! — трясся и скрипел от смеха Капитан. — Суеверия! Предрассудки и фигли-мигли! Вы думаете, я спиритизмом занимаюсь? Ха-ха-ха!

— А что же? — спросил Горошек.

— А что же? — повторила Ика, и Капитан вдруг стал очень серьезным, даже погрустнел.

— Ах, мои дорогие! — вздохнул он. — В мои годы путешествовать можно уже только в воспоминаниях…

— А-а-а… — сказали Ика с Горошком.

А потом наперебой:

— А где вы бывали?

— Когда?

— В каких странах?

— В какой пустыне?

— А что это за Бизерта?

И, наконец, как было у них заведено, оба, как по команде, проскандировали:

— Рас-ска-жи-те нам о-бо всем!

— Хо-хо-хо! — снова засмеялся Капитан. — Кто вас так выдрессировал?

— Жизнь! — отпарировала Ика.

Горошек тоже не смутился:

— Расскажите нам обо всем.

— О чем?

— Обо всем.

— Дети, — взмолился Капитан, — помилосердствуйте!

Ика покраснела.

— Помилосердствовать — пожалуйста. Но только, пожалуйста, никаких «детей». Дети в детском саду. Называйте нас лучше по имени.

— Извините, — сказал Капитан. — Больше не буду, мои дорогие. А с чего же… с чего же начать?

— Я обычно начинаю с начала, — дал справку Горошек.

— Ладно, так и быть, начнем с начала.

В НАЧАЛЕ БЫЛА ЛЕНТА, — начал Капитан. — Я рос на ней, долго ли, коротко ли — не знаю. Была это, как вы сами понимаете, лента конвейера, на котором меня монтировали, то есть собирали, и наконец собрали.

Подробно об этом рассказывать не стану, потому что сам знаю только понаслышке. Понимаете ли, мы, автомобили, начинаем что-то соображать и понимать только тогда, когда впервые как следует глотнем бензина. А это бывает потом, когда уже сойдешь с конвейера…

Было это как раз в Германии накануне последней войны. Понятно, нельзя сказать, чтобы это было удачное время для рождения приличной машины. Но ведь никто себе ни места, ни дня рождения сам не выбирает. Гм-гм… Очень давно это было. Ваши родители, наверно, еще тогда школы не кончили, а вы? Вы тогда еще никому и не снились.

Но все-таки вы, наверно, слыхали, что именно тогда, когда я впервые почувствовал вкус бензина и жизни, в Германии был большой урожай на негодяев.

Мне, однако, посчастливилось. Первый человек, который мне встретился, тот, кто впервые накормил

 

Фотогалерея

Boris Zakhoder 8
Boris Zakhoder 7
Boris Zakhoder 6
Boris Zakhoder 5
Boris Zakhoder 4

Статьи












Читать также


Известные произведения
Поиск по книгам:


Голосование
Как Вы относитесь к творчеству Бориса Заходера


ГлавнаяКарта сайтаКонтактыОпросыПоиск по сайту